Познакомились мы с Мишкой случайно на набережной. Он сам подошел и заговорил о какой-то ерунде. Надо сказать мне он сразу очень понравился. Загорелый, спортивный темноволосый парень, на вид лет тридцати. Потом оказалось что ему 35. (Мне самому 27.) Меня останавливало, что выглядел он уж больно по-мужски. Слово за слово – решили выпить. Собеседником он оказался интересным, рассказал про свою семью. Он был женат три года, ребенку было уже два годика. Как-то между делом я пригласил его ко мне домой,: и он на удивление легко согласился. Мы еще купили пива, поймали тачку и приехали ко мне. Разговор дома не клеился, чувствовалась какая-то напряженность. Было жарко, и мы сходили по очереди в душ, что бы освежиться. После получаса болтовни я предложил лечь спать: Кровать у меня была одна и залегли ...
Руслан пришел из школы с плохим настроением из-за тройки по английскому. Он позвонил подруге и после короткого разговора швырнул трубку в угол дивана. Отказ Машки провести с ним остаток дня еще больше усугубил настроение. Дома еще никого не было. сестра в фитнесе, родители на работе, а Тимоти пошел в парк с Настей. Руслан, сняв школьную форму, постоял в задумчивости, стоит ли надевать домашние шорты, и после короткой заминки решил, что до прихода родителей можно побыть голяком. Мальчик вошел на кухню, налил стакан сока и, быстро сделав бутерброд, вернулся к себе в комнату, чтобы сесть за компьютер. ХР загрузилось быстро. короткий щелчок мышкой – и вот пацан в скоростном виртуальном пространстве – спасибо отцу, который проспонсировал выделенку. Руслан откусил бутерброд, сделав небольшой ...
Первая дружба – навеки Детские клятвы – до гроба. Где ты теперь, мой друг? Анатолий Штейгер В тот год мне исполнялось четырнадцать лет, и родители, решив, что я уже достаточно взрослый, отправили меня на всё лето на юг – в станицу к бабке. Был я в станице лет в семь или восемь, мало что помнил и потому ехал не без некоторой опаски. каких-либо друзей или хотя бы знакомых у меня там не было, и чем я там буду заниматься, я совершенно не представлял. Но дома затевался грандиозный ремонт, предполагалось, что растянется он до сентября, и родители твердо решили меня сплавить. Спорить с ними было бесполезно. Так в самом начале июня я оказался за несколько тысяч километров от дома, и, что самое главное, я впервые был без родительской опеки, которая к тому времени уже начинала меня порядком тяготить. ...
Кувшин живительного счастья Заполнил душу мне сполна И в годы страшного ненастья, Наперекор былого – в страсти, Мне даровала жизнь она. То босоногой, В пелерине, С оборочками в кружевах, Как с нарисованной картины Спорхнула бабочкой сейчас. И распахнувши свое сердце, Благоуханием мимоз, Заворожила нежным телом. Да. – разве я подумать мог? Во мне, Струёю растворилась И пением лесных чудес. Вся! В прелестях своих раскрылась, Вся, в прелестях Земли. – небес. Не выдержал я и. Растаяв, От непомерной суеты; От дрёмы, что порой бывает, От той, Что знаем я и ты. Я, полюбил её – безумно, В надежде на покой души, Но. Оказалось, что напрасно – напрасно видно поспешил. Она меня обворожила, И обольстила сластью слов, Но в тайне – в мыслях всё ж решила, Что деньги лучше, чем любовь. И вот, уже который ...
Однажды к нам на дачу поехал мой двоюродный брат Мишка. Мишке было двадцать лет, он пришел из армии, почти сразу же поступил на подготовительное отделение какого-то института, жил в общежитии и время от времени приезжал к нам в гости. В тот день мы втроём – отец, Мишка и я – долго бродили по окрестностям леса, отцу удалось подстрелить зайца, и вечером он уехал домой, а мы с Мишкой остались на даче ночевать и вернуться в город должны были первой утренней электричкой. С наступлением темноты делать стало нечего. – Давай баню протопим, – предложил Мишка. Рядом с дачным домиком стояла небольшая бревенчатая банька. Мы с Мишкой быстро развели огонь, поддали жару, и банька вскоре превратилась в настоящую парилку. Раздеваясь, я заметил, как Мишка окинул меня пристальным любопытным взглядом, но ...
Этот шумный гоу-гоу бар на задворках центральной части Бангкока мы заприметили сразу. Вокруг него царила редкая атмосфера непринужденной разнузданности, которую никогда не встретишь в Европе. Крошечные тайки с упругими попками заходили сюда в поисках озабоченных белых мужчин, моложавые тайцы высматривали европейских женщин с тугими кошельками. Подавляющее большинство посетителей были туристами, как мотыльки, слетались они на жарко пылающую неоновыми огнями вывеску этого заведения. Сюда не приходили для того, чтобы поесть или выпить, сюда приходили насладиться развратом, пусть даже он прошел бы по касательной, лишь слегка задев разгоряченное тело или всего лишь пощекотав глазные нервы. Добропорядочные буржуа, усредненные представители среднего класса, плесневеющие от скуки в своих стерильных ...
Нет! Без меня, Меня ты не познаешь, И. только лишь когда настанет тьма, В своих, Во снах ты понимаешь, Что холодно, И на дворе зима. Но. я далёко и, Пожалуй, Тебе придётся одному, Корпеть и думать (Понимаешь?) Что лучше жить! Или не жить? Но всё же. Одному. Зачем слова? Зачем лить слёзы? Мне не обнять тебя сейчас, но помни, Что пройдут морозы и встретимся. Ты только лишь мечтай! Ну вот; Дружок наш и растаял. Не долго молвила молва, Что с поцелуя начиная, Кружится в мире голова. Усталость и обиды горечь Уйдут, лишь алых шопот губ, К тебе прильнёт и нежно, в ухо, Щепотку шороха пошлют. Растают ссоры и обиды, Как ветром, в брызги облака, И солца свет к душе проникнет, И растворится чёрствая душа. Зачем играть друзей на нервах? Зачем крутить мозги друг другу? Зачем стебаться, коль не лишен ...
Деня, немой дурачок, впившись глазами в своё отражение в зеркале, восхищенно мычит. Ы-ы-ы. ы-ы-ы. – и глаза его, голубые-голубые, излучают такое ликование, что Костик, стоящий рядом, невольно улыбается. Ы-ы-ы. На крючке висят Денины джинсы, рубашка и белые, в серый горошек, трусы. Ы-ы-ы. Оглянувшись, Деня смотрит на Костика вопросительно. Ы-ы-ы?. Во! – говорит Костик, выставив вверх большой палец. Ы-ы-ы. – соглашается Деня и, одарив Костика благодарной улыбкой, вновь впивается взглядом в своё отражение. Дембельская форма младшего сержанта сидит на Дене удивительно ладно – в форме пятнадцатилетний Деня выглядит взрослее, а чистое, симпатичное лицо его, озарённое счастьем, кажется ещё более привлекательным, – стоя сзади, Костик мнёт через брюки свой быстро твердеющий член. Месяц назад Костик ...
Глава первая – Михаил Моя мать умерла, когда мне было два года, а моей сестре исполнился один. Ни я ни моя сестра не помнили ее, и не особенно огорчились когда отец женился второй раз. Отец уделял большое внимание нашему воспитанию и мы не могли не замечать насколько он одинок. Особенно заметно это стало сейчас, когда мне исполнилось семнадцать и я начал встречаться с девушками, а моя сестра Лариса завела дружка – Семена. Вскорости я познал радости секса с очередной подругой – Светой и уже не мог себе представить жизнь без регулярного траханья. Поэтому я был очень рад когда у отца завязались серьезные отношения с Ритой. Рита, в ее тридцать с небольшим, великолепно выглядела и единственная небольшая проблема состояла в ее двух детях. Старший – Михаил был моим одногодкой, а его сестре Даше ...
Одиночество – это, то поганое чувство, когда ты понимаешь, что нет того единственного человека, ради которого ты живешь, борешься с трудностями и проблемами. Да, несомненно, жизнь полна неожиданностей, в ней взлеты всегда сочетаются с падениями и это падение не так страшно, если у тебя есть надежный тыл. Жизнь похожа на войсковую операцию, а что главное на войне – это хороший товарищ, который сможет подставить тебе свое плечо, когда у тебя уже нет сил идти дальше, который даст совет тогда, когда казалось бы от тебя все отвернулись, с которым ты можешь разделить радость крайней кружки воды на привале, затянув вместе с ним, по братски, единственную оставшуюся замятую сигарету. На поиски такого друга уходят годы мирной жизни и только на войне, когда время летит неумолимо быстро, когда от ...
Секретные ночные беседы ждут тебя…