Эротические приключения парнишки Николая

Каждый раз, после того как я кончаю в очередную женщину, я вспоминаю события, произошедшие со мной, когда мне было немногим больше 18 лет...

Это случилось теплым майским вечером, когда я с родителями возвращался из деревни, куда мы ездили почти еженедельно на автобусе. В деревне мы помогали по хозяйству моей бабуле. На дворе была перестройка – времена правления Горбачева, продуктов не хватало, и за свою работу осенью мы получали продукты: мясо, картошку, помидоры, морковь, сметану и молоко. С автовокзала мы возвращались домой привычным маршрутом на автобусе, нагруженные тяжелыми сумками. До дома было остановок десять, ехать было почти до конечной. Постепенно изначально заполненный людьми автобус пустел. До нашей остановки оставалось остановки три, когда я увидел ЕЁ: красивую молодую девушку 20-22 лет. Я стоял, держась за поручень, а она сидела в метрах трех от меня на сиденье против хода движения автобуса. У нее была короткая стрижка, пробор посередине ровно делил локоны на две половины. У нее были карие глаза и черные волосы, одета она была в короткое летнее платье синего цвета с белыми оттенками. Платье заканчивалось на середине бедер, и моему взору были представлены загорелые голые ноги, на которые я, иногда, искоса поглядывал. Искоса, так как стеснялся такой красоты. Лицо девушки было правильных черт, красивое, она, казалось, немного чему-то улыбается, взор ее был направлен внутрь салона, но ни на кого она конкретно не смотрела. Я решил, что непременно должен узнать, где живет эта прекрасная незнакомка, и у меня появилось большое желание сделать девушке какой-нибудь подарок. У меня с собой в кармане, было, пять рублей, которые мой дядя дал мне за то, что я два дня помогал ему складывать поленницу. В те годы за пять рублей можно было пять раз очень сытно поесть в столовой.

А вот и наша остановка, родители засобирались к выходу и позвали меня. Я подошел поближе и, запинаясь, начал, что-то выдумывать, про то, что мне надо срочно зайти к моему другу-однокласснику, жившему через две остановки. Вздохнув огорченно, мой отец взвалил мою поклажу на себя, и мои родители сошли с автобуса. Автобус поехал дальше. Посмотрев в сторону незнакомки, я увидел, что она внимательно смотрит на меня. Я был ростом метр пятьдесят, стройный, поскольку занимался спортом, а еще физическим трудом в деревне. Я вначале потупил взгляд, но собравшись, снова посмотрел на нею. В ее глазах я видел ДОБРО, ее лучезарный взгляд светился, показывая мне свое дружеское отношение. Проехав две остановки, она встала и пошла к выходу, я смотрел на нее со спины: такой красивой фигуры я еще не видел. Я вышел вслед за ней.

Девушка пошла по тротуару, который разделял городской парк с большими деревьями и проезжую часть. Я пошел за ней, держась от нее в шагах десяти. Она шла медленной ровной походной, будто плыла, без каких-либо качаний бедрами. Не знаю, хватило бы мне смелости заговорить с ней, если бы не мороженщик. Я заметил, как моя незнакомка, взглянула в сторону мороженщика. Я подумал: она хочет мороженое, а я ведь могу ее угостить. Позже я понял, что, скорее всего, ее заинтересовал сам мороженщик. Я быстро обогнал ее и, встав у нее, на дороге сказал:

– Извините, как жарко сегодня, не правда ли?

И прежде чем она успела, что-либо ответить, сказал:

– Разрешите угостить вас мороженым!

И мигом, подбежав к мороженщику, купил два мороженых: одно даме, а другое себе. Я протянул ей мороженое, глядя ей в глаза. Она была чуть растеряна, но сразу же улыбнулась, взяла мороженое и откусила кусочек.

– Ах, какое вкусное! Спасибо, тебе! Тебя как зовут?

– Коля.

– Моего парня тоже зовут Николай, – ответила она. – Ты не торопишься? Хочешь прогуляться со мной по парку?

Я ответил яростным кивком головы, поскольку весь свой словарный запас я истратил, на то, чтобы заговорить с незнакомкой. И мы пошли внутрь парка, гуляя вдоль дубов, кленов. Девушка сказала, что ее зовут Вика, ей 20 лет, студентка, что она очень любит природу и ей нравится гулять в тиши парка, дыша чистым лесным воздухом. Я внимательно слушал ее. Она расспрашивала меня обо мне. Я рассказал, что учусь на "отлично", занимаюсь хоккеем. Она постоянно со мной беззлобно шутила и открыто смеялась. Наконец она спросила:

– Хочешь, покажу, где я живу?

– Да, конечно!

И мы пошли к выходу. Оказалось девушка жила недалеко от парка, в частном деревянном доме.

– Вот здесь я и живу, – сказала Вика. – Ты угостил меня мороженым, теперь моя очередь тебя угощать. У меня есть очень вкусное вишневое варенье. Заходи.

Я зашел за ней, внутрь деревянного дома.

– Проходи, не стесняйся, дома никого нет, родители на заводе.

Заметив мое удивленное лицо (как так, сегодня же воскресенье), Вика сказала:

– На нашем заводе посменно даже в выходные работают. Я сейчас переоденусь, и мы с тобой попьем чай с вареньем.

– Вика, а ты можешь пока не переодеваться? – попросил я девушку. Пока мы гуляли по парку, она заставила меня называть ее на "ты" и по имени. – Мне очень нравится твое платье!

– Нравится? Ну ладно, тогда не буду. Вымой в умывальнике руки и садись за стол, а я поставлю чайник и достану варенье.

Варенье было изумительно вкусным. О чем я и сказал ей.

– Правда? – обрадовалась она. – Я сама в прошлом году его делала. Мне тоже вообще-то оно нравится. Мы женщины очень любим сладкое.

Мы продолжали непринужденно болтать обо всем. Вдруг она меня спросила:

– А у тебя есть подружка?

– Нету. Ну есть несколько девочек, которые мне нравятся, но одной единственной нет. А вот ты мне очень понравилась! – вдруг набравшись храбрости, признался я.

– Я? – игриво переспросила она, – и чем же?

– Всем: фигурой, лицом, твоей манерой говорить, а больше всего мне понравились твои ноги.

– Ноги? – переспросила она, и удовлетворенная моими словами, начала перекладывать ногу с колена на колено, как вдруг, нечаянно, задела ногой стол и опрокинула банку с вареньем на себя.

– Ой, мама, что я сделала! Помоги мне скорее снять платье! – и она стала снимать его. – Надо его срочно замочить!

Девушка осталась передо мной только в лифчике и маленьких белых трусиках.

– Помоги набрать воду из под крана, а то у нас ванны нет.

Я набрал в тазик воды и поставил на стул. Она положила платье в тазик, и сказала, чтобы я садился на диван и полистал журнал, а сама стала отмачивать платье. Но мне было не до этого: впервые я видел женщину настолько обнаженной. Вика стояла ко мне спиной, нагнувшись, замачивая платье. Я во все глаза глядел на нее. Через несколько минут, она сменила воду и подошла ко мне, сказав, что достирает чуть позже. И тут девушка увидела, как я глядел на нее.

– Я тебе действительно так нравлюсь?

– Да!

– Уже наверняка отдрочил, пока я занималась с платьем? – с насмешкой спросила она – Ладно, ладно, – сказала девушка. – Это можно легко проверить. – Снимай штанишки! – приказала она.

– Зачем?

– Давай-давай, узнаешь! – настаивала Вика.

Я снял штаны.

– Так, а теперь – рубашку!

Так я остался в одних трусах.

– А теперь – трусы!

Я покраснел.

– Не стесняйся! Видишь, я почти голая! – сказала она, и почти с силой стянула с меня трусы.

Она внимательно оглядела меня. Я посмотрел на направление ее взгляда. Вика смотрела на мой член. Я тоже взглянул на него: у меня висела трехсантиметровая колбаска, в сантиметр диаметром. Снова посмотрев на нее, я увидел в ее глазах небольшое разочарование.

Девушка взяла мой членик и оголила головку пальцами. Но кожица тотчас снова прикрыла мою головку. Вид у меня был такой растерянный, что она рассмеялась.

– Хочешь, я покажу тебе, как устроена женщина?

И, не дожидаясь моего ответа, расстегнула лифчик. Из лифчика вывались груди, величиной с апельсин каждое. Так я тогда отмерил.

– Это женская грудь, – сказала она мне, – всем женщинам нравится, когда мужчина ласкает ее грудь. Потрогай!

Я осторожно потянулся рукой.

– Смелее!

Дотронувшись до груди, я удивился ее упругости.

– Погладь ее!

И я вначале несмело, а затем все более и более активно, проявляя интерес, гладил, а потом Вика сказала, чтобы я целовал ее груди.

– Вот-вот, правильно! – направляла меня девушка, взяв меня за руки и водив их по своим грудям, а потом и по всему телу.

– Можно мне тебя поцеловать? – Я все больше и больше влюблялся в мою девушку.

– Целуй, конечно! – сказала Вика и немного нагнулась.

Закрыв глаза, я несмело коснулся губами ее щеки.

– Что же ты такой скромный! – упрекнула она. – Посмотри мне в глаза!

Я увидел добрые, полные, подобно материнской или старшей сестры, любви глаза.

– Я тебя сейчас обниму, а ты в это время сделай вдох и задержи дыхание.

Я так и сделал. А она обняла меня и поцеловала прямо в губы. То чувство которое испытал я не описать словами: это было неописуемое блаженство.

– Сними с меня трусики.

Я засмущался.

– Чего ты робеешь, смелее!

И собрав волю в кулак, я с силой двумя руками дернул за трусики и порвал их. Тотчас я испугался, ожидая отборной ругани, вместо этого я, удивленно, услышал:

– Ого, ты не хочешь тратить время на снятие трусиков. Так трусы у женщины рвут, когда у мужчины очень долго не было женщины. Впрочем, это как раз твой случай! – улыбнулась она.

Окончание фразы я уже не слышал: я смотрел ТУДА.

– Я побрила свой лобок, – сказала она. Вика развела половые губы руками.

– Можно потрогать? – глотая слюну, спросил я.

– Конечно, трогай!

Я дрожащими руками трогал самое сокровенное место женщины.

– Вот это клитор, очень чувствительное место у женщин. Мужчины часто ласкают его языком, попробуй!

Я осторожно лизнул.

– Давай-давай, продолжай! Лижи сверху, снизу, по бокам, целуй всю мою киску!